Концлагеря НГХ: рассказы, цифры, факты

« Назад

15.02.2015 05:06

мемориал_ясеновац.jpg

Наверное, каждый из нас знает о том, как в годы Второй мировой войны фашисты устраивали концентрационные лагеря для своих пленников. Там их заставляли работать в нечеловеческих условиях, там их пытали, морили голодом, массово уничтожали. Такие названия, как Бухенвальд, Освенцим, Дахау, Треблинка по праву наводят ужас на всех, кто когда-либо читал или слышал о них. Но мало кто знает, что в те годы существовала страна, в которой также устраивались лагеря смерти, ужасы которых не уступают ужасам немецких или польских лагерей. Имя этой стране - Независимое Государство Хорватия.

Что же это была за страна? Независимое государство Хорватия (НГХ, хорв. NDH - Nezavisna Država Hrvatska) было провозглашено 10 апреля 1941 года, после введения оккупационных сил в Загреб. Германскую 14-ю танковую дивизию Загреб встретил с воодушевлением. Немецкий военный корреспондент Герхард Эмскеффер писал: "Немецкие отряды входят в Загреб ... (который) приготовил нам такую встречу, которой никогда еще не удостаивались военные в чужой стране".

Весь процесс отделения Хорватии от остальной Югославии и провозглашения независимого государства проводили немцы. Владко Мачек, явный политический лидер Хорватии тех лет, представитель влиятельной политической группировки - Хорватской крестьянской партии - показался немцам недостаточно достойным кандидатом на роль главы новой независимой Хорватии. Поэтому НГХ возглавил Анте Павелич,имевший связи с фашистскими группировками Италии. Католическая церковь приветствовала создание усташского государства.

Однако важно отметить, что усташские движения появились значительно раньше. Так, в Госпиче местная усташская организация начала действовать уже в 1930-х годах. Началось все с создания легальных обществ, внешне мало связанных с усташеством: "Крижарское братство", спортивное общество "Виктория", организации гимнастов "Хорватский герой", организации "Мариина конгрегация". Именно Госпич позже стал одним из центров массового уничтожения сербов. Так, из рядов "Крижарского братства" вышли самые безжалостные усташи, принявшие затем участие в массовом уничтожении сербов и евреев в лагере Ядовно на Велебите, лагере Слана на острове Паг и в других местах.

Основной целью создания концентрационных лагерей, или лагерей смерти, в НГХ, было не только привлечение пленников к принудительному труду, но и их массовое уничтожение. Чаще всего пленниками лагерей становились представители наиболее гонимых вермахтом наций - сербы, евреи и цыгане. Для их массового уничтожения на просторах НГХ были устроены целые комплексы концлагерей - например, комплекс Госпич - Ядовно - Паг, комплекс концлагерей Ясеновац, а также отдельные лагеря - Стара-Градишка, Керестинац и другие.

К сожалению, в настоящее время становится все сложнее и сложнее добывать новые знания о том, как функционировали эти лагеря, сколько людей прошло через них, кто были эти люди... Одна из причин - недостаток документации. Так, на сайте www.jadovno.com на эту тему сообщается следующее: "О системе концлагерей Госпич - Ядовно - Паг не написано ни одной монографии, и вообще работ на эту тему очень мало. Труд Джуры Затезала "Ядовно - комплекс усташских лагерей 1941" - первый научный труд, который систематически, на основе исследований, анализирует эту тематику. Эта работа представляет собой результат многолетнего
исследовательского труда автора, который продолжался до 1991 года. В работу включена Перепись идентифицированных жертв и Сборник документов. По Затезалу, количество умерших в лагерях Госпич - Ядовно - Паг составило 40 123 человека за четыре месяца. Почти 95% жертв составили сербы, около 5% - евреи. Около 0,3% составили хорваты антифашистской наклонности и представители других наций, боровшихся с оккупантами. Автор смог также составить список из 10 502 идентифицированных жертв этих лагерей. Из них сербы составляют 92% (из них более 10% детей), более 7% - евреи (2% детей), чуть более 0,8% - хорваты и другие антифашисты. Идентифицированы личности 72 священников Сербской православной церкви (из них 2 епископа)."

Далее тот же источник продолжает: "Комплекс лагерей Ядовно представляет собой начало, а Ясеновац -продолжение программы по массовому уничтожению сербов, евреев и цыган в Независимом государстве Хорватия (НГХ). Ядовно основан в апреле 1941 года, и по ужасам пыток и количеству жертв он сравним разве что с комплексом лагерей Ясеновац.

Проблема исследования лагерей во многом состоит в дефиците каких-либо документов или любых письменных упоминаний о них после войны. Коммунистическая партия СФРЮ наложила запрет на публикации на эту тему. Этот запрет начал действовать еще в военное время: всякий, кто написал бы материал на эту тему и опубликовал бы его в партизанской печати, в лучшем случае получил бы выговор от Компартии с предупреждением о запрете на дальнейшие публикации на эту тему. Компартия обосновывала это тем, что материалы об усташских злодеяниях могли бы плохо повлиять на всенародное освободительное движение, а также могло бы вызвать ненависть между братскими сербским и хорватским народами. Так, известен пример, когда два серба, писавших в партизанской печати об убийствах сербов, предстали за это перед военным партизанским судом и были приговорены к смертной казни.

Еще одна причина отсутствия каких-либо документов об узниках концлагерей состоит в том, что усташи часто стирали любые следы преступлений сразу после их совершения. Сербов и евреев убивали без предъявления какого-либо обвинения, без суда и следствия, не записывая имена и число убитых. Даже там, где списки жертв все же велись, они впоследствии были уничтожены усташами. Усташи старались уничтожать не только документацию, но и вообще любые следы своих злодеяний: так, были залиты бетоном ямы на Велебите, в которые в массовом порядке сбрасывали узников. Основной целью сокрытия следов преступлений являлась не только попытка отвести от себя все возможные подозрения в случае поражения Гитлера, но и стремление во что бы то ни стало скрыть истинное количество жертв. И в наши дни, по утверждениям специалистов, остались массовые захоронения пленников, число которых неизвестно, а о некоторых захоронениях мы сейчас даже и не знаем."

Вход_в_лагерь_Ясеновац_www.jadovno.com.png

Вход в лагерь Ясеновац

Комплекс лагерей Ядовно был действительно ужасен. Не менее, а, может, и более ужасен был только другой комплекс лагерей - печально известный Ясеновац. Что это было за место? Попробуем узнать об этом из рассказов специалистов и очевидцев. Один из них - Яша Алмулия (год рождения 1918) - журналист, бывший глава Еврейской общины Белграда, автор трех книг о страданиях евреев в ходе Второй мировой войны. Предлагаем прочитать его интервью, опубликованное на сайте www.politika.rs.

"Когда меня кто-то спрашивает о Ясеновце, я прежде всего говорю, что это был лагерь усташей Независимого государства Хорватия (НГХ) - единственного союзника и сателлита гитлеровской Германии, которая уничтожала евреев на своей территории. Остальные выполняли требование Германии и выдавали им своих евреев, которых затем переправляли в лагеря смерти в Восточной Европе. Все союзники Германии рано или поздно выполнили это требование - за исключением Болгарии, которая отказалась выдать Гитлеру 50 тысяч своих евреев. Болгария выдала немцам лишь 14 тысяч евреев с тех территорий, которые были только что присоединены к Болгарии - области греческой Фракии, Вардарской Македонии и части Сербии (Пирот).

Хорватия была в своем роде уникальным сателлитом гитлеровской Германии, единственным. И в этой единственной Хорватии располагался единственный Ясеновац. Такого лагеря смерти больше не было ни у кого - ни у союзников Германии, ни даже у самой Германии. Да, в Германии было множество концлагерей. Но в немецких лагерях, вроде Аушвица, "процесс" был поставлен с умом. Жертвы, пленники лагеря, до последних мгновений жизни не знали о своей судьбе, что с ними будет. Тем самым пресекались возможные попытки к сопротивлению, бунтам. Далее, в зале, где пленники раздевались перед выходом на казнь, были обнадеживающие надписи: "Запомните номер, в котором вы оставили свои вещи, чтобы вы потом легко их нашли". Ясеновац был противоположностью всему этому, это было место, где властвовали дикари.

Как убивали людей в лагерях? Чаще всего - ручными инструментами: ножами, топорами, молотами, другими орудиями. Расстрелы случались редко. Так, полковник Божо Шварц рассказывал мне о своем пребывании в лагере Ядовно в горах Велебита. Там усташи отводили сербов и евреев на края обрывов в горах, били их по голове тяжелыми предметами и сбрасывали вниз. А полковник Златко Вайлер рассказывал об ужасных условиях в лагере Слано на острове Паг, где содержалась целая команда еврейского футбольного клуба "Маккаби" из Загреба. Самому же Вайлеру удалось бежать после того, как его перевели в Ясеновац. Он сумел ночью выбраться из башни, переплыл Саву и присоединился к отряду партизан в Боснии. А генерал Миша Данон рассказывал мне, как он мгновенно поседел, когда его и других узников вызвали к Любо Милошу и тот приказал уничтожить каждого двадцатого. Данон оказался семнадцатым...

Тот же Милош на православное Рождество 1941 года приказал уничтожить от 20 до 30 заключенных. Перед смертью каждого пытали. В одном помещении с Любо Милошем спал Влатко Мачек, лидер хорватской крестьянской партии. Милош, ложась спать, молился богу до тех пор, пока за стенкой слышны были крики подвергаемых пыткам узников. Мачек спросил его, с каким сердцем он молится богу, на что Милош ответил: "Я знаю, что я буду гореть в аду, но я буду гореть в аду за Хорватию"."

пленники_с_Козары_jadovno.com.png

Пленников с Козары ведут в усташские лагеря

Одним из ценнейших трудов, приподнимающих завесу тайны над лагерями Ясеновца, является собрание записей доктора Николы Николича. Мы приводим здесь отрывок из данного документа. К сожалению, фамилия и имя пленника, рассказавшего эту историю Н. Николичу, остались неизвестны.

"Каждый пытается пробраться поближе к решетке в верхней части вагона, которая позволяет увидеть хоть что-то снаружи. Сквозь решетку пробивается свежий воздух, и около нее ужасный смрад ощущается не столь сильно. Вот вагон дернуло, что-то заскрипело внизу, и состав медленно трогается с места. Поезд едет медленно и вскоре останавливается. Те, кто находится около решеток (их в вагоне две) громко кричат: "Сава! Нас перевозят через Саву!" Люди кричат: "Вода!", "О Боже, сколько тут воды!". В конце концов, я кое-как добираюсь до решетки на левой стороне вагона. Ощущаю свежесть воздуха, несмотря на то, что все заливает жаркое солнце. Мне кажется, что меня бросают в Саву, а я плыву и пью воду. Снаружи слышны голоса, возбужденные, словно там идет ругань. Те, кто
ближе всего к решетке, говорят, что около вагона собрались вооруженные усташи. Откуда-то справа доносится чей-то крик, заглушающий громкие споры усташей. Но вот усташи спрашивают тех, кто собрался около решеток: "Хотите воды? Кто хочет пить?". Все те, кто слышат это, кричат: "Да! Дайте нам воды!" В ожидании чудесного избавления от мучающей жажды люди наваливаются на решетки всем телом. Но вместо воды усташи бросают в решетки сухую землю и пыль. Крики с правой стороны все ближе. Двери вагона открываются, нам приказывают выйти наружу. Вопль какого-то несчастного не прекращается, он приближается к нам. Вот он уже виден - усташи подталкивают его какими-то кусками дерева, но он не может сам идти, двое людей несут его под мышки, а его ноги волочатся по земле. Процессия эта проходит мимо нас. Нас же выстраивают перед вагоном.

Усташи кричат: "Гони в яму! Всех в яму!" Колонна идет по сухой, утоптанной и пыльной земле, но здесь нет ни дороги, ни тропинки. Вскоре мы сворачиваем и идем по небольшому уклону вниз к широкой выкопанной яме. Под непрерывные крики усташей узнаем, что нас разделят на два ряда. Нас останавливают. Из правого ряда к нам переводят молодых людей, а из нашего направо - детей и стариков. Удалось понять, что делят на две категории, смотря по тому, кто, по мнению усташей, способен работать, а кто нет. Вот мой сверстник, Стево Смилянич, вышел из нашего ряда и отправился к ряду детей и стариков. Видя это, я отправился за ним, но меня остановил усташ с окриком: "Марш обратно! Кто тебе сказал переходить?". Кто-то говорит: "Он показал руки, чтобы они увидели, что он не может работать". Я понимаю это, но делаю еще одну попытку перейти к Стево. Усташ останавливает меня, выкрикивая в мой адрес ужасные оскорбления, и завершает площадную брань запретом: "Вот только попробуй еще раз перейти!". Мне приходится примириться с положением дел и остаться там, где и стою. Слышу команду: "Гони этих, гони обратно в вагоны". Ряд стариков, детей и других, среди которых и Стево, разворачиваются и бредут по направлению к составу. Вскоре и мы отправляемся в путь, но в другом направлении.

дети_Стара-Градишка_1942_год_јадовно.цом.png

Дети в лагере Стара-Градишка, 1942 год

Мы выходим из ямы и через некоторое время нас заводят на территорию, огороженную колючей проволокой. Территория большая, неровная. Нигде нет ни домов, ни каких-нибудь бараков. Рассаживаемся по кочкам, кое-кто заводит беседу с соседями. И вдруг прилетает чудесная весть: "Нам несут воду!" В одно мгновение мы все на ногах. Жажда терзает нас особенно сильно. Вот к нам направляется человек с ведром. Все уже ждут его, суетятся, у каждого находится какая-то своя посудина или головной убор вместо нее. Из-за суеты много воды проливается впустую. Появляются еще несколько людей с ведрами. Ужасное столпотворение, каждый хочет получить как можно больше воды. Страх, беспокойство - все это выбросило из нашего сознания ощущение сильнейшей жажды.

На землю медленно спускается тьма. Люди ложатся на сухую, твердую, изрытую землю. Я пытаюсь найти хоть какое-то положение, в котором можно заснуть, но здесь нет ни клочка ровной земли. Становится холодно. Пытаюсь заснуть, но только начинаю дремать - просыпаюсь от холода. Иногда где-то рядом слышен тихий разговор. Не только я не сплю: вижу людей, которые ходят. Их становится все больше: многие не могут заснуть на холодных кочках. Некоторые сидят, но еще больше людей встает и ходит по территории. Холодная бессонная ночь. Никакого решения, выхода, надежды на лучшее нет. Приходит ощущение безысходности, а ощущение беспомощности присутствует уже давно. В предутренние часы на землю падает туман, она становится влажной, все заволакивает дымка. В этой влажной мгле постепенно наступает утро. Никто не знает, который час, часов ни у кого нет. Вспоминаю вход в лагерь. На входе стояло два стола, по одному с каждой стороны от входа. На эти столы приказали выложить все деньги, острые предметы, ножи, кошельки, кольца, перстни, карандаши и ручки, драгоценности. Предупреждали - если потом у кого-либо что-то из таких вещей обнаружится, выяснится, что сдал не все - расстрел.

Некоторые спрашивают друг друга, будет ли завтрак. Что до меня, мне все равно, лишь бы было тепло. Идет время, ничего не происходит, начинает идти дождь. Становится не только холодно, но еще и сыро. Никто не знает, что будет дальше. Многие одеты в легкие летние рубашки и другую летнюю одежду, поскольку были арестованы у себя дома в эти теплые (до сегодняшнего дня) октябрьские дни. Меня от дождя спасла шляпа - красивая, коричневая. Завтрака нет. Нас выстраивают в ряд. Вскоре нас начинают гнать вперед. Я стараюсь держаться рядом с Перой Амиджичем и его отчимом дядей Тошей. (В Грубишном-Поле мы были соседями, пятый дом через дорогу). Колонна проходит между какими-то бараками, останавливаемся. Вот мы снова отправляемся в путь, тут дядя Тоша достает из кармана небольшую краюху хлеба, отрывает кусок и дает Пере. Я без всякого зазрения совести говорю: "Дядя Тоша, дайте и мне немного". Ответ: "Милан, у меня хлеб не больше ладони. Я должен хранить его для Перы". Я иду дальше и вспоминаю, как отдал единственный имевшийся у меня кусок хлеба человеку, принесшему воду вчера вечером."

Усташи проводили массовые аресты сербского населения, причем арестовывали не только мужчин, но и женщин, и детей. Впрочем, на детей они могли и не обращать внимания. Об этом свидетельствует рассказ сербски Смили Тишмы - уроженки Западной Славонии. Этот регион Хорватии всегда был местом, где жили сербы. И именно в Славонии усташи собрали обильный урожай пленников для своих концлагерей. Итак, рассказывает Смиля Тишма:

"Помню мою родную Зриньску. Прекрасное, сказочное место. Множество утесов, ущелий на склонах Билогоры. Это местечко между Вировитицей, Беловаром и Даруваром. Густые леса, кристально чистые ручьи, водопады, водяные мельницы... В центре села - православная церковь, посвященная святому Виду. Дома стоят между холмами, рядышком, как в Шумадии. Но сейчас там не осталось ничего от былого богатства. Там нет ничего и никого! Пустошь... Без единого сербского дома. Без единой души. Напрасно я, посетив недавно родные места, ждала несколько дней. Я не увидела ни одного человека.

... Я была в школе, когда увели отца. Мать рассказала мне потом все, что она узнала от соседа - сама она работала в
винограднике. Отец работал на нашей ниве. У нас был огромный охотничий пес, которого отец всегда брал с собой на охоту. Когда пришли усташи, пес не давал им войти в дом, пока они его не пристрелили. Они вошли в дом и ждали отца. Как только он пришел, они сразу арестовали его.

... Мать собрала вещи, чтобы я отнесла их отцу. Там была обувь, одежда и еда. Я дрожала от страха, подходя к усташскому лагерю. К моему удивлению, люди в черных униформах даже не обратили на меня внимания. Я искала отца. Я не знала, в каком он здании. Отец увидел меня из окна тюрьмы. Я подошла к нему. Все лицо его было в крови. Его били. Над глазом огромный синяк. На лице глубокая ссадина, рот и подбородок были залиты кровью. Собравшись с силами, он тихо сказал мне: "Беги, иди тем путем, которым пришла, ни к кому не обращайся, ни с кем не заговаривай, беги".

паром_ясеновац_на_ликвидацию_јадовно.цом.png

Паром в лагере Ясеновац, переправлявший пленников на другой берег Савы на "ликвидацию"

Возвращаясь к теме Ясеновца, попробуем понять, как жилось пленникам в этом комплексе лагерей. С чем приходилось столкнуться людям, которые внезапно, оказавшись в этом месте, теряли всяческие права человека и становились рабами? Об этом мы узнаем из рассказов выживших евреев - бывших узников Ясеновца. Эти рассказы опубликованы на сайте www.srbel.net. Из рассказов евреев мы выделили пять главных ужасов Ясеновца.

Итак, первый ужас Ясеновца - голод. Егон Бергер: "Когда голод стал нестерпимым, мы перестали быть людьми. Я ел сырую репу над трупом своего отца, убитого усташами... Мы везде искали зерна кукурузы, все, что могло быть съедено... Однажды я украл хлеб у своего больного товарища... А еще, помню, усташи в поле, что в лагере, выкосили всю кукурузу, оставив небольшой участок. И рядом с этим участком стоял усташ с ружьем, стрелявший в каждого, кто пытался подобраться к кукурузе. А голод мучил нас так, что пытались многие. Был слух, что те, кого усташи заперли в камере с целью уморить голодом, доходили до того, что жарили и ели куски мяса своих умерших товарищей".

Второй ужас - антисанитария. Адольф Фридрих: "Стирки и переодевания не было до марта - апреля 1942 года". Егон Бергер: "Вши гнездились на нас. Ноги и тело были в глубоких и гнойных ранах. В некоторых местах, куда мы не могли достать рукой, были целые гнезда... Когда ночью умирал спавший около тебя, все его вши переползали на тебя. На теле мертвеца оставались лишь гнезда червей."

Третий ужас - убийства. Садо Коен-Давко: "Каждый вечер заходили в помещения и вызывали по 25 - 30 людей. Их уводили, и они никогда больше не возвращались."

савская_насыпь_смерти_jadovno.com.png

Савская насыпь смерти

Четвертый ужас - Савская насыпь смерти. Яков Атиас: "Самым тяжелым и ужасным трудом в Ясеновце была работа на "Насыпи". Усташи хотели, чтобы заключенные возвели насыпь на левом берегу Савы не только из земли или камней, но и из трупов пленников. Казалось невозможным, чтобы такой труд проделали группы изнеможденных скелетов, обтянутых кожей. Сырая болотистая почва не годилась для того, чтобы ее перевозили в корзинах или на настилах, поэтому заключенных заставляли носить землю лопатами. Если кто-то слабел настолько, что поскальзывался или падал на склонах насыпи, его били по голове любым тяжелым предметом так, что он уже не мог встать на ноги, и оставляли там же. Каждый мог видеть, что на Насыпи смерти ежедневно уничтожалось от 200 до 300 заключенных".

Пятый ужас - пытки. Выжившие евреи, бывшие пленники Ясеновца, называют разные способы умерщвления людей: Ерухам Гаон говорит про убиства молотком, огнестрельным оружием, железным прутом; Садо Коен-Давко вспоминает про крематорий полковника Пиличчи.

Про крематорий следует сказать особо. Слово Коену-Давко: "Узникам говорили, что их ведут на "купание" и "дезинфекцию". Несчастные жены и дети не знали, куда они идут на самом деле. Как только они подходили ко входу в крематорий, их встречали два палача с молотами, били их по голове и еще живых бросали в раскаленную печь..."

Из остальных ужасов Ясеновца выжившие пленники вспоминают газовую камеру, водяную яму, множество других зверств...

Тем не менее, было бы неверно полагать, что, отправляясь в Ясеновац или другой концлагерь НГХ, пленники теряли всякую связь с окружающим миром. Им разрешали писать письма родственникам и друзьям, но с оговорками. Так, в письме должно было быть не более 20 знаков, а кроме того, письмо должно было пройти усташскую цензуру. Сайт www.jutarnji.hr публикует некоторые письма пленников лагерей. Вот выдержки из этой публикации.

"Дорогие родители... Я отправляюсь в Ясеновац. Можете понять, что со мной будет, если слышали о Ясеновце и о том, что там происходило. Мне страшно, но я со всем смирилась, в том числе и с самым худшим. Я смирилась со всем и прощаюсь со всеми..."

Это часть письма, написанного 19-летней узницей усташского лагеря Стара-Градишка, уроженкой Загреба Катариной Дорчич. В письме она сообщает родителям о своем переводе в Ясеновац и добавляет, что ожидает самого худшего. Ее опасения сбылись: вскоре после перевода в Ясеновац, в 1945 году, она была расстреляна. Это письмо - последнее, что она сделала в жизни.

Письмо пленника

Письмо пленника

Письмо Катарины Дорчич - одно из 44 писем, написанных узниками Ясеновца, Старой Градишки и Даницы с 1942 по 1945 годы, которые пленники смогли легально отправить своим близким. Чтобы избежать цензуры и уложиться в 20 разрешенных знаков, пленники писали слова слитно, без знаков препинания. Так, Живан Стоянович из Ясеновца пишет в 1943 году своей семье: “Draga moja Anice i mila djeco jasam zdrav ostalisvi zdravi pakete redovito primam. I od tetaka pojedan za odjeću netreba jaću javiti kada bude trebalo mnogo vas ljubi vaš tata.” Позже он был убит.

Другой пример "конспиративного" письма - послание Софии Йович, студентки медицинского факультета и члена коммунистической молодежной организации. В 1942 году она написала своему отцу: “Najmiliji. Zdrava. Odgovor nisam dobila. Paket da. Brinemse zavas. Nenina matura? Žalim Olgu, kod đede je. Kako djeca uškoli? Pišite stricu zapovrće. Krompir, brašna. Voli, ljubi.”

После прочтения этих строк, после даже беглого знакомства с концлагерями НГХ, с их ужасами, неизбежно встает вопрос о количестве жертв этих лагерей. И вот здесь возникает проблема: сербские СМИ и отдельные лица называют одни цифры, хорватские - другие, много меньшие. Попробуем разобраться, где же находится истина.

Хорватский портал "Свободная Далмация" опубликовал на своем сайте материал, в котором резко критикует позицию сербской стороны. Этот материал типичен для хорватских СМИ по своему смыслу, но он не просто критикует сербскую позицию, но и приводит конкретные цифры. Итак...

""История - это то, что записано. То, что произошло, но не записано - не история" (Иво Андрич). Наша Конституция говорит нам: Хорватия была антифашистской во Второй мировой войне, а хорваты внесли огромный вклад в победу над фашизмом. Это великая правда малого народа, записанная кровью, выбитая на памятниках истории, занесенная в книги и архивы... Вот пожалуйста, цифры: 41,7% погибших в битве на Сутьеске в 1943 году были далматинцы. А кто такие, говорят нам, носившие повязку с буквой "U" и бывшие с Павеличем? Они уничтожали Хорватию и хорватов. "Центр мира" Нью-Йорк пишет свою историю - ту, которая выгодна ему. Но что это за история?

Именно в Нью-Йорке, кстати, еврейская и сербская обшины основали в 1998 году Институт по исследованию Ясеновца - Jasenovac Research Institut (JRI, PO Box 10-0674-Brooklyn, NY 11210.). Его исследования бросают тень на официальный список жертв Ясеновца. Чудовищные фальсификации, имеющие место быть, направлены против Хорватии и хорватов, распространяя национальную, религиозную и политическую ненависть. Самое опасное - то, что этот институт получает различного вида поддержку от Нью-Йорка, а его "правильные" данные включены в школьную программу США и Канады.

Фальсифицировано в данных института практически все. Прежде всего - число жертв Ясеновца. Официальные данные Списка жертв (Victims list), опубликованного на сайте www.jasenovac.org, выглядят так: 3248 страниц, из них по буквам (хорватской латиницы):

A-94; B-282; C-38; Č-46; Ć-28; D-138; Đ-60; E-20; F-41; G-132; H-63; I-52;J-145; K-295; L-111; M-358; N-83; O-45; P-255; Q-1; R-182; S-254; Š-117; T-116; U-19; V-176; W-4; Y-1; Z-56; Ž-36.

Общее число жертв Ясеновца: около 647 250 человек.

Из них, между тем, следует убрать 75 человек, которые на самом деле являются жертвами злодеяний четников; еще 63 человека, убитых немецкими нацистами в селе Жежевица около Сплита; 29 хорватских партизан, убитых в ходе боев на Неретве и Сутьеске; 57 сербских партизан, убитых в Каштел-Сучурце; 79 жертв бомбардировок церквей в том же Каштел-Сучурце; 75 человек погибли в окрестностях Трогира; и еще от 15 до 18 человек уничтожены в окрестностях Сплита.

Это всего лишь один пример, но даже он показывает, что 396 человек необходимо убрать из списка жертв Ясеновца. Более того, известна наметившаяся тенденция: жертв всех мелких лагерей почему-то приписывают к жертвам Ясеновца.

Если верить цифрам, которые предлагает Институт по исследованию Ясеновца, количество жертв этого концлагеря составляет до 70% всех погибших с 1941 по 1945 на территории всей Югославии и даже тогдашней Италии (Истрия, Риека, Задар, острова Северной Адриатики). В этих списках почему-то присутствуют почти все жертвы немецко-итальянского оккупационного строя, а также почти все четники, погибшие на территории Югославии. И все они якобы погибли в Ясеновце. Что самое удивительное, если верить этому списку, среди жертв Ясеновца можно найти и... усташей. Список вообще изобилует повторяющимися, вымышленными именами, называются неверные
даты и места рождения жертв."

Как видно из данного материала, аргументы хорватской стороны весьма слабы и неубедительны. Допустим, 396 человек "приписаны" к списку жертв. Но в этом списке 647 тысяч человек! "Приписанные" жертвы составляют всего 0,06% от общего числа - разве может это служить серьезным оправданием? Да и сетования авторов о "приписке" жертв "мелких" лагерей к жертвам Ясеновца звучат достаточно смешно - ведь общее число жертв это не уменьшает.

Тем не менее, мнение хорватской стороны учитывать необходимо. Хотя бы для того, чтобы составить целостную картину о хорватских концлагерях. Поэтому приведем еще одну публикацию с сайта www.vecernji.hr - о жертвах Ясеновца.

"Игор Вукич, журналист, публицист и исследователь: "Список жертв Ясеновца составлен на основе списка военных жертв Югославии 1964 года, когда Германия начала выплачивать военные репарации Югославии. Тогда делали все, чтобы увеличить число жертв и, таким образом, получить больше денег. Например, некоторые фамилии повторялись по несколько раз. Не является неожиданностью и то, что многие из списка жертв просто вымышленные личности. Реальная картина Ясеновца разительно отличается от того, чему нас учили в школах."

Политические структуры коммунистической Югославии, а именно великосербы и унитаристы, состоявшие в этих структурах, на продолжении многих лет сознательно завышали цифры жертв Ясеновца.

По мнению Вукича, в списке жертв Ясеновца множество людей, которые на самом деле умерли от болезней или других причин в Славонии и других регионах Хорватии. Исследования, проведенные Вукичем, основаны на опубликованных в разные времена источниках, исследованию архивов и мнениях сотен выживших пленников лагерей.

"Если верить рассказам выживших узников, все, что происходило в Ясеновце, никак не вяжется со списком его жертв. За первый год существования лагеря в нем было от тысячи до 1300 заключенных. А в официальных списках и документах говорится, что в 1941 году там было уничтожено 10 700 человек. Уже само существование столь значительных отличий в цифрах говорит о необходимости проведения дальнейших исследований", - убежден Вукич."

Некоторые публицисты в своем стремлении оправдать существование концентрационных лагерей не стесняются в выражениях. Вот отрывок из материала с сайта www.hrvatski-fokus.hr: "В то время, когда сербофашисты и югокоммунисты поднимали восстания против НГХ, правительство НГХ организовало рабочий лагерь в местечке Ясеновац. Лагерь начал работать в начале 1942 года и просуществовал чуть менее трех лет. По опубликованным данным, через лагерь за все время его существования прошло 18 600 человек. Эта цифра была озвучена и на загребском телевидении во время "Хорватской весны". Эти же цифры приводит один из доживших до наших дней сотрудников лагеря Ясеновац Илия Барбарич в своей книге "Независимое Государство Хорватия было ее настоящее имя", изданной в Сплите в 2010 году."

Но и это еще не предел. Некоторые личности в Хорватии убеждены в том, что никаких массовых убийств в лагерях не было. Так, на сайте www.jutarnji.hr опубликовано интервью, взятое у доктора Степана Разума - историка, архивиста и католического священника. Предлагаем вашему вниманию отрывки из этого интервью.

"...Настало время, когда мы должны разрушить миф о Ясеновце. Долг хорватских историков - сказать веское слово в защиту Ясеновца, ведь коммунисты обвинили в геноциде весь хорватский народ. И теперь мы должны доказывать, что значительного числа жертв в Ясеновце не было...

...Те цифры, которые нам преподносят, не находят никакого реального подтверждения. Многие пленники были, например, переправлены в Германию, но при этом почему-то числятся в списках жертв Ясеновца. Ясеновац вообще не был местом массовых убийств...

...Приветствие "Za dom spremni!" для меня - одно из самых красивых. Если оно кому-то мешает, значит, ему мешает и Родина как таковая, колыбель хорватского народа..."

число_жертв_ясеновца_www.jusp-jasenovac.hr.png

Список жертв Ясеновца по версии сайта www.jusp-jasenovac.hr

Справедливости ради, некоторые электронные СМИ Хорватии более объективно и разносторонне оценивают то, что происходило в концлагерях НГХ. Так, сайт google.com/site/zagrebsebori публикует материал о концлагере Керестинац. Предлагаем читателю отрывки из этого рассказа.

"Концентрационный лагерь в Керестинце был основан до войны и оккупации, еще во времена старой Югославии и бановины Хорватской. Это был первый такой лагерь, предтеча будущих фашистских лагерей и мест массового уничтожения и пыток, первый сигнал тотальной фашизации страны.

Лагерь_Керестинац.jpg

Лагерь Керестинац

...Уже тогда, во время бановины, в Керестинац, а именно во дворец бывшего бана Савской бановины, были интернированы наиболее активные "левые" политические деятели и их сторонники...

...В 1941 году в Загребе началась подготовка к попытке освобождения керестинских пленников. Однако операция завершилась провалом. Тем не менее, сама возможность проведения такой операции свидетельствует о том, что революционное антифашистское движение в Загребе было достаточно сильным. Уже тогда в Загребе активно действовал ряд коммунистических организаций. И тем не менее, Керестинац продолжал функционировать, хотя почти сразу после оккупации немцами Хорватии здесь появились и другие лагеря. Стоит отметить, что режим для пленников Керестинца был достаточно мягким вплоть до нападения Германии на Советский Союз. Так, родственники пленных могли спокойно посещать своих родных. Благодаря этому загребские коммунисты поддерживали постоянную связь с заключенными. Это помогало им организовывать побеги. Так, летом удалось осуществить побег Риголетто Мартини Куатро - одному из секретарей Центрального комитета итальянской компартии..."

zagrebsebori

Любопытно, что ряд специалистов сходятся во мнении, что концлагеря не всегда становились местом вечного заточения пленников, и иногда - в основном, по праздникам - некоторых пленников отпускали на свободу. Об этом, в частности, говорит уже упомянутый ранее Игор Вукич в интервью, опубликованном на сайте www.dnevno.hr. Приводим отрывки из этого интервью.

"Освобождение пленников из усташских концлагерей в праздничные дни не было чем-то исключительным. Так, на Рождество 1943 г. было освобождено из лагерей 350 человек, на день рождения главы НГХ Анте Павелича - 172 человека".

Вукич заявляет о том, что существует никогда ранее не публиковавшийся документ об освобождении пленников концлагерей. Это документ он сам называет "историческим эксклюзивом". Слово Вукичу: "Ровно 70 лет назад, на Рождество 1944 года, из усташского лагеря в Ясеновце на свободу было выпущено 373 пленника. Оригинальный документ с их именами все еще пылится на полке Хорватского государственного архива, в фонде Министерства внутренних дел НГХ, в ячейке № 301. Этот документ ранее никогда не публиковался". Сайт www.dnevno.hr впервые опубликовал этот документ в хорватском сегменте интернета, а мы предлагаем ознакомиться с этим документом нашим читателям.

Список лиц, отпущенных на свободу из усташских лагерей

Какие выводы можно сделать из того, о чем мы с вами сейчас узнали? Здесь, как и везде, пригодится умение отделять главное от второстепенного. Сколько бы сербские журналисты и политики не увеличивали число жертв концлагерей НГХ, сколько бы их хорватские коллеги не уменьшали эти цифры - это не изменит главного. Концентрационные лагеря Ясеновца и Пага, Ядовно и Госпича, Старой- Градишки и Керестинца, Даницы и Лепоглавы, Крушчицы и Саймишта - все они в той или иной степени служили ужасной цели массового
геноцида "неугодных" наций. Они ушли в прошлое, но это прошлое должно стать уроком для будущих поколений. Человечество редко извлекает уроки из своих ошибок. Но из этой ужасной ошибки уроки извлечь необходимо.

Да, история повторяется. История открытий, ошибок, побед и поражений.

Но эта история не должна повториться.

15 февраля 2015 года.


Комментарии


Комментариев пока нет

Пожалуйста, авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий.

Авторизация
Введите Ваш логин или e-mail:

Пароль :
запомнить